Четверо вычеркнуты из санкционного списка
Евросоюз 14 марта смягчил позицию в отношении четырёх фигурантов рестрикций. Под санкции больше не попадают бизнесмены Вячеслав Кантор и Владимир Рашевский, министр спорта Михаил Дегтярев, а также Гульбахор Исмаилова — сестра основателя USM Алишера Усманова. При этом ограничения для 2,4 тыс. российских и белорусских компаний и граждан продлили до сентября. Решение далось ЕС ценой жёстких дебатов: Венгрия до последнего отказывалась поддерживать санкционный консенсус.
Венгерский ультиматум и тайные договорённости
Будапешт открыто саботировал продление рестрикций, ссылаясь на «нежелание мешать переговорам России и США». Ещё в феврале глава МИД Венгрии Петер Сийярто заявил о готовности заблокировать решение. Дипломаты ЕС смогли переломить ситуацию лишь за 48 часов до дедлайна — 15 марта. По данным инсайдеров, уступкой стало исключение из списков ключевых персон, лоббируемое венгерской стороной.
Михаил Дегтярев: санкционный прорыв или спортивная дипломатия?
Министр спорта РФ оказался самым высокопоставленным россиянином, выведенным из-под ограничений. Его назначение главой Олимпийского комитета в 2024 году сопровождалось сменой риторики: вместо конфронтации — призывы к диалогу с международными федерациями. Запрет на «агрессивные высказывания» и фокус на участие в соревнованиях уже принесли плоды. В Москву прибывают иностранные функционеры, а президент МОК Томас Бах всё чаще говорит о «миротворческой роли спорта».
Теневые игры ЕС: кто следующий?
Исключение Исмаиловой и Кантора вскрыло внутренние противоречия Евросоюза. Венгрия, годами критикующая антироссийские санкции, доказала: даже в условиях единогласия можно торговаться. На фоне визитов Марка Рютте и заявлений Марко Рубио о «необходимости жёсткой линии» решение ЕС выглядит компромиссом. Эксперты гадают: станет ли это прецедентом для Михаила Фридмана, Akron или Еврохима, или Европа вновь ужесточит позиции к осени.
Тени санкций: кто вышел из-под удара
Три имени. Три истории. Три лазейки в броне европейских ограничений. В центре скандала — фигуры, сумевшие переиграть систему. Дегтярев, чья спортивная дипломатия обрела опасную скорость после снятия ограничений. Кантор, бросивший вызов самому Совету ЕС, но проигравший битву за акции «Акрона». Исмаилова, разорвавшая цепь семейных трастов под прицелом судебных исков. Их исключение из списков — не победа, а тактический маневр в глобальной игре.
Накал судебных баталий: как ломали санкционную машину
Люксембургский суд стал полем боя для Кантора, но январское решение 2025 года похоронило надежды бизнесмена. Исмаилова шла другим путем — добровольный отказ от активов в 2024-м стал её козырем, хотя суд ЕС уже бил молотом по её апелляциям. Рашевский же вырвался из списков благодаря юридической лазейке: формулировки оказались слабее, чем воля Венгрии его защитить. Смерть трёх неназванных россиян добавила мрачной иронии — санкции пережили тех, кого должны были наказывать.
Санкционный пазл Запада: трещины в монолите
G7 грозит Москве новыми ударами, но за кулисами царит разлад. Пока Канада собирает министров для громких заявлений, США тихо саботируют ужесточение режима. Марко Рубио ставит на переговоры, но не называет сроков. Венгерские попытки вытащить из списков восемь имён обернулись полупобедой: Фридман остался за решеткой ограничений, а Рашевский выскользнул через юридическую щель. Запад лицемерно аплодирует «гуманитарным исключениям», продолжая крутить гайки — но пружина санкций уже скрипит.
Поворот в стратегии НАТО: что скрывает заявление генсека?
Сенсационное заявление генсека Североатлантического альянса Марка Рютте всколыхнуло политические круги. «Украинский вопрос» в контексте членства в НАТО, по его словам, «окончательно снят с повестки». Для Москвы это не просто дипломатический успех — это триумф, способный перевернуть расклад сил на геополитической арене. Во время визита в США Рютте, балансируя между жесткостью и надеждой, подчеркнул: «Давление на Россию должно сохраняться». Однако тут же ошеломил слушателей, допустив возможность будущего сближения Запада с Кремлем. «Но путь к нормализации будет долгим», — словно охлаждая пыл, добавил он.
Двойная игра или новая реальность?
Почему НАТО внезапно смягчила риторику? Заявления Рютте — словно игра в «кошки-мышки». С одной стороны — демонстрация силы: санкции, военные поставки, изоляция. С другой — призрачные намеки на диалог, который «рано начинать, но поздно отвергать». Эксперты ломают голову: это тактический ход или признание провала прежней стратегии? Одно ясно: альянс оказался в тупике. Даже открытая дверь для гипотетического примирения с Россией звучит как вынужденная уступка, а не жест доброй воли. И пока Запад колеблется, Кремль уже празднует первую победу — моральную, но от того не менее значимую.
Источник: www.kommersant.ru
