Красноярск сотрясает громкая драма: расследование гибели детей вдовы участника СВО, Елизаветы, внезапно приобретает новые острые повороты. Весной этого года пожар в арендованной квартире обернулся невосполнимой утратой — двое малышей, сыновья Елизаветы, погибли, несмотря на героические попытки врачей их спасти. Но, едва оправившись от шока, женщина сталкивается с новыми тяжелыми испытаниями: официальное обвинение грозит не только сроком — оно способно навсегда обескровить ее честь и покой.
Трагические обстоятельства: обвинение без права на объяснение
Следственные органы настаивают: уголовное дело заведено по статье 109 УК РФ, «причинение смерти по неосторожности». Следствие утверждает, что в отсутствие матери старший из братьев нашел зажигалку, непреднамеренно вызвал возгорание, что привело к фатальным последствиям. Елизавете грозит до четырех лет лишения свободы — будто бы вина за произошедшее не вызывает сомнений.
Но вдова бойца СВО рьяно отвергает все выдвинутые в ее адрес обвинения. Она уверяет, что внимательно следила за безопасностью жилища и детей, а сама трагедия произошла в тот момент, когда малыши были под присмотром ее отца. «Я ни на секунду не усомнилась бы в дедушке. Он всегда заботился о внуках, гулял с ними, играл, именно поэтому я спокойно оставляла детей на него», — делится Елизавета.
Однако именно в тот роковой день всё сложилось самым трагическим образом. Дедушка, заметив подозрительный запах гари, вышел выяснить причину к соседям, решив, что пожар начался где-то вне квартиры. Эти несколько минут стали роковыми: дети остались одни и оказались в ловушке, выбраться не смогли. Медицинские бригады отчаянно боролись за детские жизни, пытались реанимировать сыновей Елизаветы, но, увы, мальчиков не удалось спасти.
Вопросы к экспертизам и слепые пятна следствия
В полиции считают: причиной воспламенения стала найденная трехлетним мальчиком зажигалка. Однако Елизавета яростно опровергает и этот момент. Она убеждена, что мальчик никаким образом не мог дотянуться до источника огня: «Зажигалка была спрятана так, что даже взрослым нужно было бы приложить усилия, чтобы добраться до нее. А трехлетний ребенок просто физически не способен воспроизвести такое движение — даже открыть инструмент для взрослого непросто», — поясняет она. Женщина отмечает, что пожарно-техническая экспертиза упустила важнейшие детали и допустила непростительную ошибку, возложив вину на невиновного человека.
Кое-что добавляет остроты и тот факт, что жилище, в котором случился трагический пожар, было съемным. Елизавета подчеркивает: несмотря на временный характер проживания, она делала для детей всё возможное — обстановку поддерживала уютной, бытовые вопросы решала вовремя, дети были обеспечены всем, что им было необходимо.
Психологические раны от случившегося не позволяют женщине и сейчас появиться в полуобгоревшей квартире. По ее признанию, ей тяжело не только физически вернуться на место трагедии, но и выносить постоянное общественное давление — ведь город гудит слухами, а каждое новое заявление следствия только подогревает напряжение вокруг ее имени.
Власть подозрений: кто виноват на самом деле?
В Красноярске нарастает ощущение правового тупика: общество разделено между желанием найти виновного и здравым рассудком, который требует тщательного разбирательства. Вдова СВО Елизавета осталась практически одна против системы, потеряв не только детей, но и покой, право на восстановление. Вспоминаются и другие случаи по стране, когда семьи военнослужащих после тяжелых утрат сталкивались с бюрократическими и правовыми трудностями, казалось бы, в самой трудной для них ситуации.
По словам близких, Елизавета сама не опускала рук — решалась на мучительные допросы, объясняла каждую деталь, снова и снова воскрешая в памяти трагедию. Она убеждена: официальная версия чрезвычайного происшествия строится «на домыслах» и противоречит здравому смыслу. Сейчас женщина ждет нового слушания, а адвокаты готовят встречную экспертизу, чтобы доказать ее невиновность. Тем временем времени на восстановление почти не остается — давление усиливается, будущее покрыто мраком, а имя Елизаветы звучит во всех новостях города как символ не только семейной трагедии, но и молчаливого противостояния с системой.
История обещает сделать новые повороты. Хватит ли сил у молодой матери выдержать накал расследования и найти путь к оправданию? Или краски драмы сгустятся еще сильнее — вопрос по-прежнему открыт.
Источник: lenta.ru
